04.08.09

Ровно десять лет назад Владимир Владимирович был назначен главой российского правительства

Поразительно! Ненавидимый всеми Ельцин, находящийся на жаловании врагов России и изо всех сил отрабатывавший это жалование, на закате своей карьеры взял и совершил единственный поступок, за который удостоится благодарного слова потомков.

Назначил преемника и – какого!..

Как, почему? Кто посоветовал?

Многие, кстати, уже забыли: посоветовал – Березовский (тоже враг России, каких поискать). Уговорил, добился, развернул пропаганду и агитацию…

И ненавидящий Ельцина народ с энтузиазмом принял его выбор. Это была любовь с первого взгляда.

Скажу прямо, в 1999 году я был в числе тех, кто не понял судьбоносного значения происходящего на моих глазах. Вот, что, например, писал я тогда в «Вечерней Москве», где вел еженедельную колонку.

«Итак, – писал я, – в 9.15 утра я выключил телевизор и тоже отправился на работу. Только что мне показали премьера Степашина, который в махачкалинском аэропорту сообщил журналистам, что вылетает в столицу, где немедленно доложит президенту о принимаемых против очередных бандитов мерах. Из слов Степашина следовало, что теперь-то очередным бандитам не поздоровится. Потом я пришел на работу и первое, что узнал: президент Степашина действительно принял. Но о Дагестане доложить так и не дал, потому что сразу объявил визитеру о его отставке. Правда, присовокупил и благодарность за исключительно хорошую работу (у нас, оказывается, нынче только за такую работу и увольняют).

И.о. премьера стал Путин. Россия вздрогнула и стала лихорадочно вспоминать: а кто же, собственно, этот Путин такой?

Я вышел на Садовое кольцо и провел некорректное социологическое исследование: первым двадцати встречным задал этот вопрос, на который получил обескураживающе одинаковый ответ: а хрен его знает. Вернулся в кабинет, снял с полки толстый справочник (двенадцать тысяч персоналий, даже я обозначен) – “Кто есть кто в России” 1997 года издания. Открыл на “П”. Так... Пумпянский, журналист, редактор “Нового времени”... Пустовойт, членкор РАН... Пустынский, ректор Томской академии систем управления... Пухов, президент АК “Тулачермет”... Пучков, ректор Московского горного института... Еще один Пучков, олимпийский чемпион по хоккею 1956 года... Простите, но где Владимир Владимирович?!..

Нет, конечно, лукавить не будем, за два последних года он сделал заметную карьеру: от подполковника госбезопасности и чиновника петербургской мэрии – до директора ФСБ и секретаря Совета безопасности. Другое дело, что и на этих постах заметных подвигов не совершил (разве что, отмечали особо осведомленные люди, проявил исключительную преданность лично президенту), и чем он лучше Степашина (а также Примакова, Кириенко и Черномырдина), никому в мире, боюсь, неизвестно.

Единственное внятное объяснение – это то, что тот же Сергей Вадимович Степашин, по причине характера своего, воспитания, образования и опыта вряд ли был бы пригоден для осуществления особенно сумасбродных затей, которые могут сейчас, перед выборами, прийти в голову особо решительным президентским советникам. Которые (или такие же) уже и так много чего президенту насоветовали…»

Но так я (очень легкомысленно) писал десять лет назад. А нынче – погляди в окно!

Выписываю из обзора журналистских откликов на то, как однажды Путин, прогуливаясь по Кремлю, поцеловал в животик простого мальчика, случайно оказавшегося поблизости.

«…Бабушка, которая была в этот момент с Никитой, говорит, что он был настолько удивлен, что некоторое время сказать ничего не мог, а потом даже мыться отказался: «Только в выходные из-за жары согласился искупаться, но щеткой тереться не стал – жалко»… «Мы давно замечали, что между Никитой и Владимиром Владимировичем есть какая-то связь, – говорит Светлана Гапонова, заведующая детским садом N49, в который ходит Никита. – Они и внешне очень похожи». По ее словам, и папа Никиты – Андрей, который работает сотрудником вневедомственной охраны, тоже похож на Путина.
Никита хороший, «воспитанный мальчик – замечательный ребенок», – говорит воспитатель. По ее мнению, президент из толпы детей выбрал именно его не зря: «Я воспитываю детей уже пятый десяток лет и знаю, что поцелуй в животик – это отеческий, земной жест. И то, что произошло между нашим Никитой и Путиным, – не иначе как знамение свыше. Возможно, и наш Никитка станет политиком. А Бог даст, и президентом». Никита теперь и сам говорит, что хочет быть президентом, а на вопрос «каким?» гордо отвечает – «великим». Определиться с профессией ему помогла именно встреча с Владимиром Путиным – до нее он о своем будущем, конечно, не задумывался…»
Вот так. Можно, конечно, иронизировать, но – зачем? Самый популярный, лучший руководитель за всю историю России – так в один голос утверждают все социологические службы. Что же сделал он за эти десять лет, чтобы добиться такой всенародной любви, граничащей со слепым обожанием?

Во-первых, при нем дорожала нефть. Но ведь – не только? Были же и другие достижения?

На смену антипатриотичным, вороватым и неквалифицированным деятелям ельцинской эпохи к власти пришли новые, энергичные люди. Подлинной кадровой копилкой стал дачный кооператив «Озеро», выдающихся руководителей дали нам также дрезденская резидентура и «пятая линия» (по борьбе с диссидентами) одного из ленинградских районных отделов КГБ, где, как оказалось, воспитались специалисты самого широкого профиля.

В результате их деятельности рекордного уровня достигло число миллиардеров отечественного происхождения. Ими в свою очередь построены (для личного пользования) самые дорогие в мире яхты, отели и жилые здания (в основном за границей), а также совершен целый ряд экзотических поступков, неизменно приводивших в изумленное восхищение все цивилизованное человечество. До «нас» так себя пытались вести только арабские шейхи (и то не все), но их масштаб по сравнению с «нами» оказался постыдно мелок.

Успехи во внешней политике выразились в том, что число тех, кто нас не любит, резко увеличилось, а число тех, кого не любим мы, вообще приближается к абсолютным показателям. Совершенно ясно, что это все потому, что мы мало пиарим лучшие свойства своего национального характера, плюс, конечно, нам все завидуют, особенно ближайшие соседи. В Чечне тем временем была возрождена российская армия, в результате чего эта армия стала абсолютно непригодной ни к какому другому использованию (по авторитетному мнению начальника российского Генштаба), а в самой Чеченской республике наконец установился режим близкий к эталонному, воевать за это в течение пятнадцати лет, разумеется, стоило… Вооруженные люди, а часто и их силовые структуры в целом, вообще стали неиссякаемым источником смертельной опасности для подведомственного населения, та же милиция, например, в последнее время не столько расследует чужие преступления, сколько совершает их сама. В целом же в стране выстроилась властная вертикаль, принципиально неподдающаяся никакому реформированию, равно как и применению в разумных целях – особенно это стало очевидным в условиях придуманного для нас американцами кризиса. Кстати, за год этого кризиса число чиновников в стране выросло еще на 28 тысяч человек, несмотря на все усилия по сокращению государственного аппарата. Коррупция, несмотря на столь же ожесточенную борьбу с нею, тоже растет опережающими темпами, многочисленным органам, созданным для борьбы с нею, остается лишь меланхолично фиксировать этот рост. По этому показателю мы тоже занимаем одно из первых мест в мире – сразу за Нигерией.

Зато демократия у нас процвела замечательным образом, чему не счесть объективных свидетельств.

Так, на десятом году своего существования правящая партия (созданная все тем же Березовским) заявила о том, что собирается учиться вести полемику со своими оппонентами. До этого она же неизменно заявляла, что полемизировать ей в России не с кем (гордо говорили: Третьяку, мол, чтобы подтвердить свой класс нет необходимости играть с дворовыми командами). Что-то видно изменилось. Либо, значит, дворовые команды в результате расцвета демократии подтянулись к требуемому уровню, либо представления о собственном величии оказались неподтвержденными суровой жизнью.

Сам лидер этой партии тоже ни с кем никогда не дискутировал. Попробовал было с Ходорковским, но Ходорковский пришел на дискуссию в свитере. Еще (совсем недавно) удачно подискутировал с Дерипаской. В результате тот получил (в Пикалево) дополнительные миллиарды из бюджета, зато не сумел утащить премьерскую ручку.

Но главное – мы наконец встали с колен и очень уважаем себя за это.

Павел Гутионтов

«Деловой вторник» от 4 августа 2009 г.