Зачёт по последнему
Журнал «Журналистика и медиарынок», № 7-8
Симптомы болезни налицо: даже нормально написанная газетная заметка уже начинает восприниматься как послание от иной цивилизации. Неряшливость письма, граничащая с малограмотностью, множится на неряшливость мысли, граничащую с отсутствием мысли вообще.
О профессионализме говорить не приходится – его уровень на страницах многих, недавно славных, газет уже неопределим, как неопределима статистически концентрация жемчуга в навозных кучах по Нечерноземным областям России в целом. Я в этой связи вспоминаю собственный печальный опыт, когда полтора года назад отправил открытое письмо секретарю Общественной палаты академику Велихову. Именно тогда ОП вознамерилась резко повысить нравственный уровень отечественной прессы, и я, в связи с этим, попросил академика просто прочитать то, что его молодой соратник Чадаев счел возможным сообщить миру о своем коротком посещении одного из крупных южных регионов. Чадаева там принял губернатор, накормил-напоил, занял беседой, анекдоты рассказывал, а «политолог и публицист» (как он сам себя называет) собрал все сплетни о приветливом хозяине, какие успел за день услышать, и выдал портрет этого хозяина в самом юмористическом духе. Ну, и насажал невообразимое количество ошибок и несуразностей. И я, оговорившись, что губернатор сам хорош: будет впредь думать, с кем за стол садиться, - обращал внимание своего адресата на то, что отнюдь не принадлежа к нашему профессиональному цеху, молодой член ОП Чадаев дискредитирует его в глазах общественного мнения. Журналистика, назидательно писал я академику, это все-таки профессия, такая же, как и, например, ядерная физика, и относиться надо к ней уважительно…
О Боже, как надо мной поглумился беспощадный Интернет!.. Не то, что кто-то попытался взять под защиту молодого Чадаева, просто само предположение, будто журналист должен что-то уметь и знать, чего не знают и не умеют «простые люди», и соответственно учиться всему этому, - вызвало бешеное веселье. Ха, «профессия»!.. Когда написать заметку способен любой, овладевший хотя бы половиной алфавита. И приводили интернетовские авторы примеры из «серьезных газет». Чем эти-то лучше несерьезного Чадаева? - спрашивали меня. И ответа я не находил…
И ладно бы – КАК пишут. ЧТО пишут, что показывают по «ящику», чему учат!..
Должен признаться, что лишь совсем недавно впервые открыл для себя явление, о котором много слышал и читал, да, но сам, своими глазами не наблюдал ни разу. Я о «Доме-2» на телевидении.
Северное сияние – видел, а «Дом-2» - нет, как-то все не складывалось. А тут оказался у ящика на целый вечер, пробежался по каналам (везде одни сериалы) и – попал, во всех смыслах этого слова. И потом несколько дней подряд, уже специально сверялся с телепрограммой, старался не пропустить, и напряженно всматривался в экран, и уже научился различать персонажей, но, сразу скажу: поставленной перед собой цели так и не достиг, не выдержал, сдался.
Дело в том, что я честно пытался понять: ЧТО происходит на экране, каковы правила этой загадочной игры, в чем смысл ее – ведь не может так быть, чтоб совсем без смысла? Я честно пытался найти среди героев хотя бы одного, вызывающего минимальную симпатию, иногда казалось, что вот!.. вот!.. – нашел!.. Но отнюдь: герой раскрывал рот – и возвращал меня в прежнее состояние изумления.
Расскажу, что понял.
Каких-то молодых людей, удручающе убогих, унылых, косноязычных, неразвитых, но при этом исключительно самодовольных и развязных, собрали из разных городов, поселили в одном месте в рассуждении, что они тут же разобьются на пары и начнут строить любовь на глазах аудитории. А те, у кого это получится лучше, чем у других, будут чем-то поощрены. При этом пары эти постоянно меняются в составе, переходов из, простите, койки в койку я за три дня насчитал больше, чем во всем нашем футболе за сезон, причем все публично обсуждается - собираются в вечерний кружок и режут друг другу правду в глаза, подробностей требуют, непрошенные советы выдают... То есть, какая-то небывалая смесь старого пионерлагеря «Орленок» с портовым борделем.
И все это снимается многими телекамерами в режиме реального времени.
Хороший пример для подрастающих поколений.
И длится все это «великолепие» чуть ли не третий (или сколько там?) год.
То есть, простите, третий год достаточно взрослые люди ничем общественно полезным не занимаются, а только выстраивают между собой специфические отношения? Я понял именно так. Причем, представляете, ни слова о том, чем они занимались «на свободе», ни намека о том, что они вообще хоть чем-нибудь занимались. Ни тени тревоги (тем более) за то, как будет складываться их судьба, когда лавочку все же прикроют.
Третий год (или сколько там?) они просто отдыхают. Чего, замечу попутно, тоже делать не умеют.
Они вообще ничего не умеют.
И среди этого великолепия время от времени бродит ведущая, некая Ксения Бородина с повадками эсэсовской надзирательницы (но и это б ничего: все хоть какой-то типаж, характер), такая же пошлая, банальная, самодовольная и невразумительная, как и ее герои. Говорят, правда, есть и вторая ведущая, тоже Ксения, но – Собчак, я признаться, трепетно ждал с ней встречи, но Собчак в просмотренных мною сериях так и не появилась.
Жаль!
Но Ксюша, и правда, была, как раз в это время очень занята. Она воевала с радиоведущей Катей Гордон, что, безусловно, явилось событием номер один в нашей жизни, далеко превзойдя по своему непреходящему значению визит президента Венесуэлы и военные маневры на Кавказе. Обе красавицы сцепились в прямом эфире, куда Катя позвала Ксюшу, а та начала по обыкновению хамить, а та ей ответила, а та…
Коллеги, которые все это с восторгом и в подробностях описали, почти единогласно установили, что победу в этой дуэли, безусловно, одержала Собчак. А Кате надо еще много над собой работать.
Я же прочитал стенограмму эфира и скажу, опять-таки по Булгакову: обе хороши. И даже то, что Катя, оказывается, рассчитывала поговорить с Ксюшей вовсе даже о чем-то высоком, никаких ей дополнительных очков, увы, принести не может. Кого позвала, то и получила.
Точно так же как когда-то Немцов пришел на прямой эфир с Жириновским и немедленно заработал стакан апельсинового сока в физиономию. Немцов, конечно, тоже не растерялся и тоже плеснул стакан в обидчика. Но тоже – по заключению экспертов, проиграл, потому что – не первый начал. А я, помню, уже тогда впервые заподозрил симпатичного нижегородского губернатора в непростительном легкомыслии. Ибо убежден, что человек, вообще согласившийся о чем-то «дискутировать» с Жириновским, сам достоин того, что неминуемо получит.
Беда не в том, что Жириновский или Ксюша Собчак предлагают нам соревноваться с ними в выбранном ими же формате. А то, что нас настойчиво приучают к мысли о самой возможности таких соревнований.
Помню, как искренне был потрясен, прочитав, что главный редактор уважаемой радиостанции публично признался, что мечтает придумать для Ксюши Собчак персональную передачу. Так и сказал: «Я пока ей ничего не могу придумать на "Эхе", но хочу. Кроме таланта у нее есть тяжелейший опыт, когда отца преследовали, отворачивались друзья…» Их, кстати, много таких - с бесценным опытом, сделавших себя совершенно самостоятельно, прошедших самые тяжелые испытания, перед которыми порой даже Ксюшины беды – меркнут. Ну, хотя бы сын вице-премьера, заброшенный судьбой далеко за границы любимой Родины, поучаствовавший в двух пьяных драках и жестоко пострадавший от разгула русофобии и осужденный уголовным судом в Лондоне. Или сын другого вице-премьера безнаказанно сбивший (в Москве, разумеется) старушку. Или дочь зам. Генпрокурора, попавшаяся в аэропорту со ста пятьюдесятью тысячами «зеленых», взятых в турпоездку на карманные расходы…
Всем им тоже хорошо бы придумать по передаче.
Единственное, что утешает, это то, что за минувшие два года даже Алексей Венедиктов придумать что-то достойное Ксюши все-таки так и не смог.
…Но, простите, против чего я выступаю с такой горячностью? Люди-то ведь смотрят, людям нравится. Люди читают те самые газеты, от которых я пытаюсь брезгливо отмахнуться. Именно у этих телеканалов, у этих газет самый высокий рейтинг, самые высокие тиражи. Ну что поделать, если народ у нас такой неразвитый, если вкусы и пристрастия у него такие. Лучшая передача? «Аншлаг»! Лучший певец? Дима Билан! Лучший писатель? Дарья Донцова!.. Что поделать, если Хворостовский с Солженицыным никакой конкуренции им составить не могут? Все честно. И никакой академик Гинзбург, будь он хоть трижды Нобелевский лауреат, не запретит нам печатать полосами рекламные объявления магов-целителей и колдунов с ведьмами. Мы просто даем народу то, что народ хочет, что от нас требует...
Вроде бы, и так… Да только ссылки на народ лукавы и недобросовестны. Действительно, газета, ставшая за последние годы образцом пошлости и агрессивного бездумья, держит сейчас рекорд по тиражу – 800 с лишним тысяч. Против цифры не попрешь, но ведь я же помню, что совсем-совсем недавно именно эта газета попадала в Книгу Гиннеса – за тираж, выраженный цифрами с куда большим количеством нулей. И тогда интерес этих (да нет, других, в том-то все и дело!) миллионов поддерживался совсем иными материалами, иными темами, иным уровнем их осмысления. Так что, получается, старый читатель небескорыстно предан в угоду исключительно личному благополучию предавших, для которых делать сегодняшнюю свою «журналистику», действительно, не в пример комфортнее, дешевле и соответственно - выгоднее.
В этом все и дело!
Кто они, эти «простые люди», вроде бы, определяющие содержание и качество сегодняшней прессы? Увы, отнюдь не народ, который не поглупел внезапно, не потерял чувства собственного достоинства, меры и юмора. Его именно предала та журналистика, которая с такой готовностью переключилась на альковные тайны «звезд» и прочее столь же общественно необходимое. Предала в угоду быдлу, которое показалось выгодно представлять народом. Десятки миллионов думающих, нормальных людей сделала заложниками интересов десятков тысяч. Вообще не читающее (совсем недавно) газет меньшинство, самое темное, необразованное оказалось обеспечено печатным словом – полностью и с запасом. Людей же минимально образованных и ответственных (а их – большинство!) печатного слова – лишили. Приговаривая, что народ дик, глуп, неразвит…
Среди мудрых армейских правил есть и такое. Во время марш-броска время взводу засчитывается вовсе не по первому из добежавших, а – по последнему. Делается это для того, чтобы подтянуть отстающих, и только для этого.
То, о чем я пишу сейчас, на мудрое армейское правило похоже лишь внешне, на первый взгляд. Устанавливая «зачет по последнему», здесь находят повод, прежде всего, опустить нормативы.
И в этом самое опасное для страны, для общества, которое начинает думать, что (чем черт не шутит!) в норматив укладывается.